Напишем:


✔ Реферат от 200 руб.
✔ Контрольную от 200 руб.
✔ Курсовую от 500 руб.
✔ Решим задачу от 20 руб.
✔ Дипломную работу от 3000 руб.
✔ Другие виды работ по договоренности.

Узнать стоимость!

Не интересно!

Основные законы логики. Значение основных логических законов и границы их применения

1) Закон тождества.

Существует его абстрактная формулировка, имеющая следующий вид: «А есть А» или, для математической логики: «а≡а», которая часто приводила к неправильному его толкованию.

Например1, доктор философских наук, профессор А. А. Ивин (составитель учебника по логике, изданного в 1996 году московским издательством «Просвещение») полагает: «Закон тождества выражает идею, что каждое высказывание является необходимым и достаточным условием своей собственной истинности». Из чего следует что, любое высказывание истинно уже в силу того что, является высказыванием, оно истинно всегда и не может быть ложным; самостоятельности мышления, обуславливающей наличие ложных высказываний (о чем говорилось во введении), не существует, поскольку не существует вообще – логика не двухзначна, она однозначна: кому, что в голову не взбредет – истинно. Пытаясь уйти от подобных, явно абсурдных выводов, Ивин вступает с собой в противоречие и пишет, будто закон «утверждает только, что если вещи меняются, то они меняются, а если они остаются теми же, то они остаются теми же». Таким образом, в его понимании закон тождества лишен содержания и превращен в тавтологию, на что и указывается в его главе, посвященной логическим тавтологиям: «Все законы логики являются логическими тавтологиями». – (В моей трактовке не один не имеет форму тавтологии).

Верный своему представлению о законах логики, как о бессодержательных высказываниях, он пишет в законе исключения третьего (спрашивается, зачем тогда вообще браться за это?): «Сказать «нечто или есть, или его нет», значит, ничего не сказать». При этом он забывает что, простое добавление фразы «третьего не дано», вносит порядок в хаос мышления, наделяет данное высказывание определенным смыслом, указывая на необходимость четкого выбора между двумя возможностями: нечто или существует или нет – третьего не дано.

Помимо того, традиционной ошибкой, связанной с законом тождества, Ивин считает толкование тождества с точки зрения устойчивости мысли, выдвинутое еще Аристотелем. В то же время, как указывает доктор философских наук А. Д. Гетманова (в своем учебнике логики, выпущенном 1995 году московским издательством «Новая школа»), закон тождества сформирован именно Аристотелем, собственно и создавшим науку логики. А опровергать мнение автора о его собственном высказывании – нелепо. Не важно как звучали слова, человек иногда ошибается в их подборе; важно лишь их содержание. Именно оно и выражается авторским мнением. Опираясь на него, Гетманова дает определение, прямо противоположное определению Ивина и поясняет что, закон тождества означает именно недопустимость подмены одной мысли другою, формулируя его так: «В процессе рассуждения всякие понятия и суждения должны быть тождественны самим себе». Это определение достаточно расплывчато и (как указывает Гетманова) может означать так же и то что, вещи абсолютны и неизменны.

Необходимость преодолеть возможность неверной трактовки приводит к следующей формулировке:

При неизменности основных свойств, объект (понятие) остается объектом (все тем же понятием), независимо от затронувших его изменений и смены названий.

Это соответствует представлению Гетмановой и, не утверждая абсолютного тождества, означает что, для правильного мышления крайне важно какие свойства, в данном случае, являются основными. Например, для опознания человека, его основным свойством можно считать внешний вид и, таким образом, опознать его по фотографии, отождествляя его с ней. Но если фотография упала, нельзя отождествлять ее с человеком и считать что, упал он, поскольку в данном контексте, основным свойством является отнюдь не визуальный образ.

Сказать «Он упал», не используя термина «он» в качестве синонима слова «фотография» – значит, нарушить принципы правильного мышления. Ошибка заключается в подмене понятий. Эта ошибка свойственна людям, страдающим слабоумием (олигофренией), и, возможно, может способствовать его развитию: Люди, бесконтрольно увлекаясь забавной игрой слов, постепенно могут перестать понимать их истинный смысл и, как следствие, способность правильно мыслить. Примером подобного человека может служить литературный герой Козьма Прутков. Но и в реальной жизни, многие люди в различной степени таковы. Отсутствие самоконтроля и самоанализа для мозга не менее пагубно, чем отсутствие надлежащего ухода за техникой. Однако вышесказанное не означает что, для правильного мышления необходима скрупулезная придирчивость к словам, скорее наоборот: данная придирчивость является другим фактором слабоумия – зациклившийся на словах человек теряет способность видеть то, что лежит под текстом. Слова, на самом деле, не так уж и важны, если собеседник способен не потерять мысль из-за их смены.

То есть: Не имеет принципиального значения термин, используемый для указания понятия, главное то, какое понятие вкладывается в этот термин, в то время как, значение самих понятий в любой ситуации должно оставаться неизменным.

2) Закон непротиворечия.

Два антагонизма (противоположных суждения) не могут быть одновременно истинны касательно одного и того же предмета. Или, более частно, высказывание и его отрицание не могут быть истинными одновременно: одно из них неизбежно ложно.

Противоречие формально-логическое, как правило, отражает противоречие диалектическое, возникающее в процессе познания и свидетельствует о необходимости дальнейшего анализа ситуации. Решение противоречия диалектического, в свою очередь, способствует продвижению познания и устранению противоречия формально-логического (примером такого решения служит анализ закона тождества и устранения противоречивости его трактовки).

При этом необходимо отметить что, не может считаться противоречивым такое суждение, оба антагонизма которого могут оказаться как истинными, так и ложными, за счет неясности трактовки. Например, фраза «Дух зеленый и не зеленый» непротиворечива, поскольку дух не является ни тем, ни другим – его нет вообще, как материального объекта, способного обладать цветом; обе половины бессмысленны, а бессмысленное высказывание не может ничему противоречить. «Весна – не весна» нельзя однозначно назвать противоречием, поскольку не ясно, что в таком случае подразумевается под словом «Весна» и, если имеется в виду что, месяц уже весенний, а погода еще явно зимняя, противоречия нет. «Яд и вреден и полезен» – непротиворечиво по другой причине. В зависимости от того, какой яд, для чего, в каких дозах, кому, она может трактоваться по-разному. В частности промышленный яд в больших дозах полезен человеку… для уничтожения вредных насекомых… но не для собственного употребления во внутрь и не для самих насекомых, а змеиный, полезен для собственного употребления, в малых дозах, для лечения. Аналогично «Все спят, лишь я не сплю» – содержит видимое противоречие, но диалектически не противоречиво, поскольку, хотя понятие «Все» включает понятие «я», понятие «я» отделено от «Все» и противопоставлено ему так что, в данном контексте «Все» не включает в себя «я» и формально-логического противоречия не возникает. Так же непротиворечиво «Это стол и куб» так как понятие стола не исключает понятие куба и наоборот. В разных ситуациях, в зависимости от того, какое свойство объекта считается основным, он может отождествляться с различными понятиями (куба – если речь идет о форме, стола – если дело в его назначении, дерева – если в материале и т. д.). То есть: Суждение, отражающее множественную природу вещей, не является формально-логическим противоречием и соответствует закону непротиворечия, в то время как, неустранимое противоречие указывает на ложность суждения послужившего основой противоречия.

3) Закон исключения третьего.

Из двух, отрицающих друг друга высказываний, одно истинно, другое ложно, а третьего (некоего промежуточного) не дано.

Закон исключения третьего применим лишь там, где нарушен закон непротиворечия – при обнаружении ложных суждений, которые и признан устранять. Он предлагает бескомпромиссный выбор альтернатив, возможный лишь при их достаточной определенности и, без нее, не имеет смысла, становясь неприменимым даже в случае нарушения закона непротиворечия, если они могут быть как одинаково истинными, так и одинаково ложными. Например, на вопрос, выиграю я завтра миллион или нет, ответ один, именно третий: Неизвестно. Нельзя ведь однозначно определить нечто заведомо истинным или заведомо ложным, если нет никакого «ведома». Закон исключения третьего здесь несостоятелен и может указывать лишь на вероятность суждений оказаться истинными, что, касательно приведенного примера, дает следующий результат: «Наиболее вероятно, что нет, поскольку, обычно я не играю в игры, сулящие денежный выигрыш и, завтра так же не собираюсь этого делать». В случае относительности суждений, оперирующих с понятиями без четко определенного смысла, этот закон может быть полностью применим при наличии дополнительных определений. Таким образом, «Он лыс или не лыс», можно трактовать так что, «он лыс, если лыс абсолютно и не лыс, если не лыс абсолютно, но может считаться лысым, относительно абсолютно не лысого, если имеет залысину». То есть: Закон исключения третьего дополняет закон непротиворечия, но применим лишь в том случае, где при однозначности ситуации, имеется прямое отрицание одного понятия другим или косвенное отрицание дополняется достаточно обстоятельными комментариями; его назначение – устранение возникших противоречий.

4) Закон достаточного основания

Всякая истинная мысль должна быть достаточно обоснованной, в то время как, ложную, по настоящему обосновать невозможно. У всякого человека могут найтись посылки для выдвижения ложной мысли и видимые ее основания. По этому необходима проверка достаточности этих оснований и, если они проходят эту проверку, для опровержения мысли может применяться только хорошо аргументированная противоречащая ей мысль. Достаточно обоснованную мысль нельзя отрицать на том лишь основании, что она выглядит непривлекательной или что-то еще.

Однако отсутствие оснований не обязательно означает ложности мысли: человек может не захотеть или не суметь ее обосновать.